И вы знакомых гор вершины

Предложения с обращением - примеры, знаки препинания при обращении

и вы знакомых гор вершины

Простите, мирные долины, и вы, знакомых гор вершины, и вы, знакомые леса! Прости, небесная краса, прости, веселая природа! 3. Простите, мирные долины, и вы, знакомых гор вершины, и вы, знакомые леса (Пушкин). Складно сказано, отец Варлаам (Пушкин). Но вы, блаженные мужья, С ним оставались вы друзья: Его ласкал И вы, знакомых гор вершины, И вы, знакомые леса; Прости.

Что ежели, сестрица, при красоте такой и петь ты мастерица, ведь ты б у нас была царь-птица! А ты что ж, кумушка, в дорогу? Прощай, хохлаточка, счастливый путь!

и вы знакомых гор вершины

Друзья, робеть не надо! Скажи мне, Роща дорогая! За что твоя так участь жестока? Как смеешь ты, наглец, нечистым рылом здесь чистое мутить питье мое с песком и илом? Досуг мне разбирать вины твои, щенок! Не худо бы нам это перенять! За что Орлы в чести такой?

Неужели за полет, голубушка-соседка? Давно, Полканушка, мне больно самому, что, бывши одного двора с тобой собаки, мы дня не проживем без драки. К чему весь этот шум? Ты сер, а я, приятель, сед, и волчью вашу я давно натуру знаю. Нет, кумушка; я видывал частенько, что рыльце у тебя в пуху. Не оставь меня, кум милый!

До того ль, голубчик, было? Простите, мирные долины, и вы, знакомых гор вершины, и вы, знакомые леса! Прости, небесная краса, прости, веселая природа!

Приветствую тебя, пустынный уголок, приют спокойствия, трудов и вдохновенья. Шуми, шуми, послушное ветрило, волнуйся подо мной, угрюмый океан. Лети, корабль, неси меня к пределам дальним по грозной прихоти обманчивых морей.

Звезда печальная, вечерняя звезда! Твой луч осеребрил увядшие равнины, и дремлющий залив, и черных скал вершины. В последний раз передо мной ты катишь волны голубые и блещешь гордою красой. Не забуду твоей торжественной красы и долго, долго слышать буду твой гул в вечерние часы.

Пора, дитя мое, вставай: Как недогадлива ты, няня. Сердечный друг, уж я стара. Девицы, красавицы, душеньки, подруженьки, разыграйтесь, девицы, разгуляйтесь, милые! Сегодня, милые друзья, пересказать не в силах. Вы согласитесь, мой читатель, что очень мило поступил с печальной Таней наш приятель. Что же ты, моя старушка, приумолкла у окна? Или бури завываньем ты, мой друг, утомлена, или дремлешь под жужжанье своего веретена?

Не пой, красавица, при мне ты песен Грузии печальной.

и вы знакомых гор вершины

От сынов твоих далеких я привез тебе поклон. Приготовь же, Дон заветный, для наездников лихих сок кипучий, искрометный виноградников твоих. Я слышал, много раз, что ты меня от смерти спас. Дитя мое, останься здесь со.

Прощай, отец, дай руку. Отец, отец, оставь угрозы, свою Тамару не брани. Синие горы Кавказа, приветствую. Как я любил твои бури, Кавказ! Приветствую тебя, воинственных славян святая колыбель! Люблю тебя, булатный мой кинжал, товарищ светлый и холодный. Расступись, о старец-море, дай приют моей волне! Мир сердцу твоему, мой милый Саша!

Мчись же быстрее, летучее время! Тучки небесные, вечные странники! Степью лазурною, цепью жемчужною мчитесь вы, будто как я же изгнанники, с милого севера в сторону южную. Наедине с тобою, брат, хотел бы я побыть. Прими ж, товарищ, дружеский обет, прими же песню родины. Не Москва ль за нами? Гей ты, верный наш слуга, Кирибеевич, аль ты думу затаил нечестивую? Ну, мой верный слуга! Я твоей беде, твоему горю пособить постараюся.

Ты скажи, скажи, Еремеевна, а куда девалась, затаилася в такой поздний час Алена Дмитриевна? Господин ты мой, Степан Парамонович, я скажу тебе диво дивное. Мы с тобою, жена, обручалися, золотыми кольцами менялися… 6. Государь ты мой, красно солнышко, иль убей меня, или выслушай! Ты поведай нам, старшой наш брат, что с тобой случилось, приключилося? Я скажу вам, братцы любезные, что лиха беда со мною приключилася.

Уж зачем ты, алая заря, просыпалася? Ой, уж где вы, добрые молодцы? Хорошо тебе, детинушка, удалой боец, сын купеческий, что ответ держал ты по совести.

Урок русского языка "Обращение"

Уж вы, братцы мои, други кровные, поцелуемтесь да обнимемтесь на последнее расставание. Здравствуй, племя младое, незнакомое! Пока свободою горим, пока сердца для чести живы, мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы. Еще ты дремлешь, друг прелестный — пора, красавица, проснись. Скользя по утреннему снегу, друг милый, предадимся бегу нетерпеливого коня.

Как часто в горестной разлуке, в моей блуждающей судьбе, Москва, я думал о тебе! Ах ты, степь моя, степь привольная, широко ты, степь, пораскинулась! Ты пахни в лицо, ветер с полудня! Освежи, взволнуй степь просторную. Зажужжи, коса, засверкай кругом! Не боли ты, душа! Ты, Малышев, слышал, что сказал твой товарищ? Катя, Катюшенька, меня в комсомол приняли! Глеб Петрович, станок-то юбилейный!

Что насупилась ты, кумушка! Напекла блинов Оринушка, не насмотрится на Ванюшку. Не любил, сударь, рассказывать он про жизнь свою военную. Все, чем для прихоти обильной Торгует Лондон щепетильный И по Балтическим волнам За лес и сало возит нам, Все, что в Париже вкус голодный, Полезный промысел избрав, Изобретает для забав, Для роскоши, для неги модной,- Всё украшало кабинет Философа в осьмнадцать лет.

Руссо замечу мимоходом Не мог понять, как важный Грим Смел чистить ногти перед ним, Красноречивым сумасбродом. XXV Быть можно дельным человеком И думать о красе ногтей: К чему бесплодно спорить с веком? Обычай деспот меж людей. Второй Чадаев, мой Евгений, Боясь ревнивых осуждений, В своей одежде был педант И то, что мы назвали франт. Он три часа по крайней мере Пред зеркалами проводил И из уборной выходил Подобный ветреной Венере, Когда, надев мужской наряд, Богиня едет в маскарад.

Но панталоны, фрак, жилет, Всех этих слов на русском нет; А вижу я, винюсь пред вами, Что уж и так мой бедный слог Пестреть гораздо б меньше мог Иноплеменными словами, Хоть и заглядывал я встарь В Академический Словарь. Мы лучше поспешим на бал, Куда стремглав в ямской карете Уж мой Онегин поскакал. Перед померкшими домами Вдоль сонной улицы рядами Двойные фонари карет Веселый изливают свет И радуги на снег наводят: Усеян плошками кругом, Блестит великолепный дом; По цельным окнам тени ходят, Мелькают профили голов И дам и модных чудаков.

Полна народу зала; Музыка уж греметь устала; Толпа мазуркой занята; Кругом и шум и теснота; Бренчат кавалергарда шпоры; Летают ножки милых дам; По их пленительным следам Летают пламенные взоры, И ревом скрыпок заглушен Ревнивый шепот модных жен. Верней нет места для признаний И для вручения письма. О вы, почтенные супруги! Вам предложу свои услуги; Прошу мою заметить речь: Я вас хочу предостеречь.

Горные вершины - магазин велосипедов, горных и беговых лыж в Санкт-Петербурге

Вы также, маменьки, построже За дочерьми смотрите вслед: Держите прямо свой лорнет! Я это потому пишу, Что уж давно я не грешу. XXX Увы, на разные забавы Я много жизни погубил! Но если б не страдали нравы, Я балы б до сих пор любил.

Решение на Задание 344 из ГДЗ по Русскому языку за 8 класс: Ладыженская Т.А.

Люблю я бешеную младость, И тесноту, и блеск, и радость, И дам обдуманный наряд; Люблю их ножки; только вряд Найдете вы в России целой Три пары стройных женских ног.

Грустный, охладелый, Я все их помню, и во сне Они тревожат сердце. Где мнете вешние цветы? Взлелеяны в восточной неге, На северном, печальном снеге Вы не оставили следов: Любили мягких вы ковров Роскошное прикосновенье. Давно ль для вас я забывал И жажду славы и похвал, И край отцов, и заточенье? Исчезло счастье юных лет - Как на лугах ваш легкий след.

Однако ножка Терпсихоры Прелестней чем-то для. Она, пророчествуя взгляду Неоценимую награду, Влечет условною красой Желаний своевольный рой. Как я завидовал волнам, Бегущим бурной чередою С любовью лечь к ее ногам! Как я желал тогда с волнами Коснуться милых ног устами! Нет, никогда средь пылких дней Кипящей младости моей Я не желал с таким мученьем Лобзать уста младых Армид, Иль розы пламенных ланит, Иль перси, полные томленьем; Нет, никогда порыв страстей Так не терзал души моей!

В заветных иногда мечтах Держу я счастливое стремя И ножку чувствую в руках; Опять кипит воображенье, Опять ее прикосновенье Зажгло в увядшем сердце кровь, Опять тоска, опять любовь!. Но полно прославлять надменных Болтливой лирою своей; Они не стоят ни страстей, Ни песен, ими вдохновенных: Слова и взор волшебниц сих Обманчивы Полусонный В постелю с бала едет он: А Петербург неугомонный Уж барабаном пробужден.

Встает купец, идет разносчик, На биржу тянется извозчик, С кувшином охтенка спешит, Под ней снег утренний хрустит. Проснулся утра шум приятный. Открыты ставни; трубный дым Столбом восходит голубым, И хлебник, немец аккуратный, В бумажном колпаке, не раз Уж отворял свой васисдас. И завтра то же, что вчера. Но был ли счастлив мой Евгений, Свободный, в цвете лучших лет, Среди блистательных побед, Среди вседневных наслаждений?

Вотще ли был он средь пиров Неосторожен и здоров? Как Child-Harold, угрюмый, томный В гостиных появлялся он; Ни сплетни света, ни бостон, Ни милый взгляд, ни вздох нескромный, Ничто не трогало его, Не замечал он. XLII Причудницы большого света! Всех прежде вас оставил он; И правда то, что в наши лета Довольно скучен высший тон; Хоть, может быть, иная дама Толкует Сея и Бентама, Но вообще их разговор Несносный, хоть невинный вздор; К тому ж они так непорочны, Так величавы, так умны, Так благочестия полны, Так осмотрительны, так точны, Так неприступны для мужчин, Что вид их уж рождает сплин.

Отступник бурных наслаждений, Онегин дома заперся, Зевая, за перо взялся, Хотел писать - но труд упорный Ему был тошен; ничего Не вышло из пера его, И не попал он в цех задорный Людей, о коих не сужу, Затем, что к ним принадлежу.

XLIV И снова, преданный безделью, Томясь душевной пустотой, Уселся он - с похвальной целью Себе присвоить ум чужой; Отрядом книг уставил полку, Читал, читал, а всё без толку: Там скука, там обман иль бред; В том совести, в том смысла нет; На всех различные вериги; И устарела старина, И старым бредит новизна. Как женщин, он оставил книги, И полку, с пыльной их семьей, Задернул траурной тафтой.

и вы знакомых гор вершины

Мне нравились его черты, Мечтам невольная преданность, Неподражательная странность И резкий, охлажденный ум. Я был озлоблен, он угрюм; Страстей игру мы знали оба: Томила жизнь обоих нас; В обоих сердца жар угас; Обоих ожидала злоба Слепой Фортуны и людей На самом утре наших дней. Тому уж нет очарований. Того змия воспоминаний, Того раскаянье грызет. Все это часто придает Большую прелесть разговору.

Сперва Онегина язык Меня смущал; но я привык К его язвительному спору, И к шутке с желчью пополам, И злости мрачных эпиграмм. Как в лес зеленый из тюрьмы Перенесен колодник сонный, Так уносились мы мечтой К началу жизни молодой. И нас пленяли вдалеке Рожок и песня удалая Но слаще, средь ночных забав, Напев Торкватовых октав! Он свят для внуков Аполлона; По гордой лире Альбиона Он мне знаком, он мне родной. Ночей Италии златой Я негой наслажусь на воле, С венецианкою младой, То говорливой, то немой, Плывя в таинственной гондоле; С ней обретут уста мои Язык Петрарки и любви.

L Придет ли час моей свободы? Под ризой бурь, с волнами споря, По вольному распутью моря Когда ж начну я вольный бег? Пора покинуть скучный брег Мне неприязненной стихии, И средь полуденных зыбей, Под небом Африки моей, 11 Вздыхать о сумрачной России, Где я страдал, где я любил, Где сердце я похоронил.

LI Онегин был готов со мною Увидеть чуждые страны; Но скоро были мы судьбою На долгий срок разведены. Отец его тогда скончался.

  • Цитата из книги
  • 2.12. Обращения
  • О обращения, как вы необходимы!

Перед Онегиным собрался Заимодавцев жадный полк. У каждого свой ум и толк: Евгений, тяжбы ненавидя, Довольный жребием своим, Наследство предоставил им, Большой потери в том не видя Иль предузнав издалека Кончину дяди-старика. Прочтя печальное посланье, Евгений тотчас на свиданье Стремглав по почте поскакал И уж заранее зевал, Приготовляясь, денег ради, На вздохи, скуку и обман И тем я начал мой роман ; Но, прилетев в деревню дяди, Его нашел уж на столе, Как дань готовую земле.

Попы и гости ели, пили И после важно разошлись, Как будто делом занялись.